Взятка оперативника и клевета адвоката: ВККС решила вопросы ответственности судей

В понедельник 26 марта ВККС решала вопросы привлечения судей к уголовной ответственности. Экс-председатель пожаловался на решение местной ККС, которая выдала его правоохранителям по обвинению во взяточничестве и мошенничестве. Адвокат судьи рассказал, почему это «заговор против правосудия». Еще одну судью, по ее словам, оклеветала адвокат, с которой та знакома с институтской скамьи. Также ВККС разобралась в деле арбитражного судьи в отставке, который нанес удар ножом бывшему родственнику.

Взятка или заговор против правосудия

ВККС рассмотрела жалобу судьи в отставке Александра Турицына на решение ККС Краснодарского края, которая 19 января 2018 года дала согласие возбудить в его отношении уголовное дело по признакам ч. 3 ст. 159 (мошенничество с использованием служебного положения или в крупном размере), п. «в» ч. 5 ст. 290 УК (получение взятки в крупном размере). По версии следствия, Турицын совершил преступление в 2016 году, когда был председателем Щербиновского райсуда Красноярского края (в 2015 году назначен на эту должность, в 2017 году ушел в отставку, а в судебной системе работает с 2000 года).

В апреле-октябре 2016 года он рассматривал уголовное дело в отношении гражданина Голованя, которого обвиняли в том числе по «наркотической» ст. 228 УК. Оперативно-разыскные мероприятия по этому делу проводили сотрудники Линев, Горенев и Ищенко. Головань обвинил их в том, что они сфальсифицировали материалы дела, и написал об этом заявление. Тут, по версии следствия, судья Турицын предложил сотрудникам заплатить ему взятку, чтобы он вынес обвинительный приговор и положительно оценил их доказательства. А это якобы помогло бы оперативникам избежать обвинения в должностных преступлениях. В октябре 2016-го в здании суда Горенев вручил Турицыну 230 000 руб. (это состав «взятка»). Кроме того, по версии следствия, Турицын сообщил Ищенко, что может передать взятку прокурору Щербиновского района Котикову за благоприятное для оперативников решение по заявлению Голованя. Как считают следователи, судья собирался присвоить себе эти деньги (это состав «мошенничество»). 4 февраля 2017 года Ищенко передал 300 000 руб. Турицыну в машине, где и был задержан.

Что касается Голованя, он получил обвинительный приговор от Турицына, который спустя несколько месяцев был отменен по процессуальным основаниям. В отношении Линева, Горенева и Ищенко возбуждать уголовное дело отказались – не нашли в их действиях ничего противозаконного.

Турицын поделился с ВККС своим мнением о событиях. «Это была провокация, которая носит явно заказной характер. Но это не смутило Краснодарскую ККС», – жаловался он. По словам Турицына, его обвиняют, по сути, в том, что его обвинительный приговор повлиял на решение следователя об отказе в возбуждении уголовного дела на троих оперативников. Но приговор отменили, а их так и не привлекли к ответственности, обратил внимание Турицын. Да и деньги он не брал. Затем судья пожаловался на давление со стороны правоохранителей.

– Кто на вас давил? – спросили Турицына. – Ведь каждый сотрудник органа предварительного расследования заинтересован именно в обвинительном приговоре.

Бывший судья ответил, что «не хотел бы выносить сор из избы», но поделился историей, как к нему приходил «бывший работник ФСБ». Было это сразу после того, как Турицын получил должность председателя райсуда. Посетитель якобы потребовал деньги, потому что поспособствовал этому назначению. «Я отказался, а он ответил, что я пожалею», – продолжал свой рассказ Турицын.

– Что вы сделали после такого обращения? – спросили в ВККС.

– Отказался, сказал, что не знаю, о чем он.

– А это был не аферист?

– Нет, точно бывший сотрудник ФСБ.

– Почему вы, судья, не обратились в Следственный комитет или прокуратуру с заявлением о вымогательстве?

– Я посчитал, что это несерьезно, – отвечал Турицын. – К тому же наше общение после этого прекратилось.

Затем выступил защитник Турицына Сергей Рухтин, который назвал происходящее «заговором против правосудия». «Даже если бы судья знал о провокации, мог ли он вынести оправдательный приговор, если считал подсудимого виновным?» – задал вопрос он.

С этим был не согласен представитель СК Дмитрий Балин, который поддержал версию обвинения. По его словам, версия Турицына о провокации не нашла подтверждения по итогам служебной проверки. А ВККС оставила жалобу экс-судьи без удовлетворения.

Взятка или клевета адвоката

Старший следователь третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК по Татарстану Гузель Гафиатуллина обжаловала решение ККС Татарстана не выдавать правоохранителям судью Вахитовского райсуда Казани Галину Андреянову. Судье хотят предъявить обвинение в посредничестве во взяточничестве в крупном размере (п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК). 31 января 2018 года ККС отказалась давать согласие на возбуждение уголовного дела, а 21 февраля Андреянова, проработавшая в Вахитовском райсуде 20 лет, подала в отставку по собственному желанию.

По версии следствия, в мае 2017 года адвокат Юлия Халикова передала Андрияновой 250 000 руб. от некоего Сосновского за положительное решение по делу Загидуллиной к «Ингосстраху» о взыскании страхового возмещения в сумме порядка 1 млн руб. Решение было принято в ее пользу, а уголовное дело в отношении Халиковой прекратили из-за явки с повинной.

ККС Татарстана тем не менее не выдала судью. Квалифколлегия пришла к выводу, что  следствие собрало недостаточно доказательств, которые подтверждали бы участие Андрияновой в незаконной схеме. По сути, единственное свидетельство преступления – явка с повинной и слова самой Халиковой. Как обращает внимание сама судья, адвокат умышленно не называет дату передачи денег, «чтобы не запутаться». Расхождения есть и в сумме: сначала Халикова называет цифру 200 000 руб., потом исправляет ее на 250 000 руб. А показания других лиц подтверждают лишь то, что Халикова получила от Сосновского 250 000 руб. ККС не нашла доказательств виновности судьи и в телефонных разговорах и СМС-переписке с адвокатом. Из-за неполноты уголовного дела квалифколлегии Татарстана показалась убедительной версия оговора, которую предложила судья.

«Мы не говорим о том, будет ли доказана виновность Андреяновой, мы говорим, что сейчас есть все основания для возбуждения уголовного дела», – так Гафиатуллина начала свое выступление перед ВККС. По по ее словам, в пользу версии следствия говорят и показания других свидетелей – правда, косвенно. Например, Сосновский утверждал, что «деньги были нужны для передачи в Вахитовский райсуд», рассказала Гафиатуллина.

Следом выступила Андреянова, которая повторила свои основные доводы о клевете. Она не отрицала знакомства с Халиковой. Они учились в университете, вместе работали. Та действительно к ней подходила и спрашивала, можно ли как-то повлиять на дело (уже на этапе апелляции). Судья ответила, что здесь она ничем не помогает.

– А почему она на вас клеветала? Отношения были напряженные? – поинтересовался Тимошин.

– Ситуация ей выгодна, дело прекращено, – ответила Андреянова.

Эти объяснения ВККС устроили, и она оставила в силе решение нижестоящей ККС.

Перочинный нож судьи в отставке

Председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин просил согласие ВККС привлечь к уголовной ответственности судью Арбитражного суда Чеченской республики в отставке Агая Агаева. Следователи хотят предъявить ему обвинение по п. «з» ч. 2 ст. 111 Уголовного кодекса – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью с использованием оружия. Агаева подозревают в том, что он ранил мужа своей бывшей жены Арсена Шахбанова в ходе конфликта.

Агаев был назначен в АС Чечни в 2007 году на три года и уже в 2010-м ушел по собственному желанию. А 8 марта 2016 года между ним и братом бывшей жены разгорелась ссора, в результате которой Шахбанов получил удар ножом в живот. О том, какие доказательства собрало следствие, Высшей квалифколлегии судей рассказали представители Следственного комитета. По словам Зубаира Омарова, их достаточно, чтобы предъявить обвинение.

Судья в отставке поделился с членами ВККС своей версией произошедшего. Он признал, что ссора вспыхнула на бытовой почве, и не отрицал, что ударил бывшего родственника ножом. Но это было актом самообороны против Шахбанова, который в пылу конфликта достал пистолет.

Доказательства опровергают эти слова, возражал другой представитель Следственного комитета Абдулкерим Исмаилов. По его словам, на видеозаписи произошедшего пистолета не было. К тому же экспертиза подтвердила, что Агаев целенаправленно ударил Шахбанова в живот, а не отмахивался, отметил Исмаилов.

– А откуда у вас нож с собой оказался? Мы с ними обычно не ходим, – обратился к Агаеву один из членов ВККС. – Вы для самообороны носите?

Тот ответил, что этот нож перочинный, и добавил про «вечернее время в Махачкале».

– Что, там так неспокойно? – осведомился член ВККС.

Агаев ответил утвердительно. Представители СК заявили об обратном – «гулять вечером в Махачкале можно спокойно и оружия не нужно».

А ВККС, недолго посовещавшись, дала Следственному комитету согласие на возбуждение уголовного дела в отношении Агаева.